master7009 (master7009) wrote,
master7009
master7009

Обновленный концепт американского доминирования: Подавление через вовлечение. Часть IV



В предыдущей части статьи мы обсудили основные результаты реализации американского концепта «подавления через вовлечение» на «европейском» направлении.

А как обстоят дела на других направлениях?

Ближневосточное направление

На этом направлении, конечно, самый крупный аспект американского вовлечения союзников и противников — объявленная США война против «реинкарнации» глобального халифатизма, «вдруг» возникшей в регионе «Исламского государства».

Сразу подчеркнем, что эта реинкарнация возникла вовсе не вдруг, а давно готовилась американцами. Вспомним, в частности, карты «нового Большого Ближнего Востока», которые американские стратеги рисовали и вывешивали в прессе еще в 2006–2007 годах и в которых контуры будущих государств региона оказывались крайне далеки от международно признанных государственных границ.

Но основную работу по этому направлению США начали на рубеже 2013 г., объявив о поддержке «умеренной оппозиции» президенту Сирии Башару Асаду. Именно тогда, как сообщали в марте 2013 г. агентство Reuters, а также британская Guardian и немецкий Der Spiegel, США развернули в двух лагерях на юге и востоке Иордании секретную программу подготовки боевиков для борьбы с властью Асада.

Иорданские источники дополнили, что цель программы — подготовить около 10 тыс. боевиков, что в их обучении участвуют не только американские, но и французские и британские инструкторы. А также что среди «учащихся» в иорданских лагерях значительную долю составляют бывшие офицеры и солдаты иракской армии Саддама Хусейна, вычищенные с военной службы после оккупации Ирака и свержения С. Хусейна. Кроме того, в иорданские лагеря прибывали пополнения радикальных исламистов из Ливии, Туниса, Марокко, Египта, Пакистана, а также из Европы (Германия, Великобритания, Франция и т. д.), Грузии и России.

Итак, начали строить вооруженную оппозицию против Асада — а построили военный костяк «Исламского государства». Что это? Идиотизм или продуманная политика?

В любом случае — именно наличием в ядре отрядов «Исламского государства» этих хорошо подготовленных США и вооруженных ими же боевиков-профессионалов эксперты объясняют и очень грамотную военную и политическую тактику ИГ, и его военные успехи, и рост его «боевых рядов». Так, вышедший в начале октября 2014 г. доклад Совбеза ООН сообщает, что «за последнее время ряды так называемого «Исламского государства» пополнили около 15 тысяч человек из разных стран мира».

Масштабы «вовлечения», которые США обеспечили в результате появления ИГ, воистину глобальные. Среди самых удаленных эффектов вовлеченности стоит отметить беспрецедентный для Канады террористический эпизод 22 октября 2014 г. Тогда местный радикальный исламист, мечтающий воевать в рядах ИГ, но объявленный «невыездным» из-за своих политических устремлений, застрелил караульного солдата, а затем ранил еще трех человек в здании национального парламента.

А в ближневосточном регионе оказались «вовлечены» и несут самые разнообразные издержки практически все страны.

Крайне сложное положение в Ираке и Сирии, на территориях которых идут крупномасштабные бои, а также бомбардировки сил и позиций отрядов ИГ авиацией США и их союзников.

В остром политико-военном кризисе оказалась Турция. И потому, что война идет на ее южной границе. И потому, что ее спецслужбы «приложили руку» к войне против Асада и появлению ИГ. И потому, что отряды ИГ захватывают города и поселки Сирийского Курдистана.

Это, во-первых, приводит к потоку сирийских курдских беженцев на турецкую территорию — их уже сотни тысяч.

Это, во-вторых, приводит к самоорганизации боевых отрядов — пешмерга — иракских и турецких курдов и требованиям пропустить их на территорию Сирии для защиты сирийских соплеменников.

Это, в-третьих, вызывает общую активизацию курдского сопротивления в самой Турции, что власть в Анкаре расценивает (не без оснований) как угрозу новой военно-политической дестабилизации страны.

Это, в-четвертых, приводит к политической мобилизации курдов не только в Турции, но и в Сирии, Ираке и Иране. И к новому раунду обсуждения вопроса о необходимости создания единого независимого курдского государства.

В этой ситуации Анкара должна «продемонстрировать силу». Объясняется ли ее понимание того, что значит продемонстрировать силу, интеллектуальной прямолинейностью или внешнеполитическим давлением?.. В любом случае для сегодняшней Анкары, увы, продемонстрировать силу — значит додавить Сирию. Только это и ничего больше.

И потому Турция согласилась включиться в войну с ИГ при единственном условии: обещании США свергнуть Б. Асада. Однако осведомленные эксперты утверждают, что турецкие спецслужбы ведут негласные переговоры с ИГ и оказывают ИГ разведывательную поддержку. Те же эксперты указывают, что именно через Турцию при попустительстве США идет нелегальный экспорт нефти с месторождений, захваченных ИГ. Тот самый экспорт, который обеспечивает новоявленному террористическому халифату беспрецедентный финансово-экономический потенциал.

Суннитские монархии Персидского залива оказались на распутье. Почти все они (в особенности Саудовская Аравия и Катар) уже были глубоко вовлечены в войну против Асада как союзника шиитского Ирана и во многом способствовали организации и вооружению тех исламистских групп, которые объединились в ИГ.

Но теперь, после того как новоявленный «халиф» Абу-Бакр аль-Багдади объявил все региональные династии «неправедными» (то есть подлежащими ликвидации), монархии Залива не могут не включиться в войну против ИГ. То есть они — по факту — должны войти в тактический союз с войсками Асада, а также главным своим врагом, поддерживающим Асада против ИГ, — с шиитским Ираном. И попробуй, объясни такие парадоксальные трансформации союзов неискушенным в политических нюансах подданным... Особенно если суннитским подданным власть много лет объясняла, что Иран и шииты — это исчадия ада, а, например, в Бахрейне и нефтяной «Восточной провинции» Саудовской Аравии большинство подданных — шииты, которые не могут не оглядываться на Иран.

Иран вовлечен не только за счет участия в войне с ИГ на стороне Асада. Вторая линия вовлечения — переговоры по ядерной программе ИРИ и американские обещания ослабления или даже снятия с Ирана международных санкций в случае закрытия ядерной программы. А для Ирана снятие санкций — это не только возможности наращивать производство и экспорт нефти и балансировать национальный бюджет. Это еще и намеки тех же США на перспективы строительства газопроводов через Ирак и Сирию к Средиземному морю для экспорта иранского газа с месторождения Южный Парс.

Но для этого Ирану нужно и отказаться от развития ядерной программы, и «правильно» вести себя по отношению к Асаду. То есть сдать американцам и суннитам Залива своего практически единственного союзника в регионе.

Тегеран, конечно, очень хочет снятия санкций. Но одновременно понимает, что в случае поражения Асада наступит его очередь стать «главным врагом мировой демократии». И — пока — на посулы не покупается. Но снижение цен на нефть — еще один фактор вовлеченности — создает дополнительные трудности для ослабленной санкциями и нагруженной военными расходами иранской экономики.

Иордания вовлечена как самим фактом крупномасштабной подготовки исламских боевиков на ее территории, так и активизацией — в связи с войной с ИГ — большой части иорданских палестинцев. Которые, впервые с «арабской весны», вновь начинают выступать под флагами «Братьев-мусульман» с политическими требованиями.

«Палестинский фактор» в сочетании с «сирийским фактором» снова до предела обострили военно-политическое противостояние в Ливане. На севере страны в конце октября развернулись тяжелые бои между правительственными войсками и исламскими боевиками из союзной ИГ «Джебхат ан-Нусры».

«Палестинский фактор» также стал причиной резкого обострения политической ситуации в Израиле. В Иерусалиме 29 октября произошел резонансный теракт против известного израильского активиста движения «За восстановление Храма». После этого солдаты Службы безопасности застрелили подозреваемого палестинца, что вновь до предела накалило палестино-израильский конфликт. На палестинских территориях заговорили о необходимости начать третью «войну камней» — интифаду — против израильтян.

Знаменательно, что на следующий день, 30 октября 2014 г., Швеция (первой из стран Евросоюза!) объявила об официальном признании палестинской государственности. Израиль в ответ отозвал из Стокгольма своего посла. А 1 ноября — впервые за последние два месяца — палестинские боевики из сектора Газа совершили ракетный обстрел территории Израиля.

Тот же «палестинский фактор» стал одной из главных причин политического обострения в Египте. 24 октября на границе сектора Газа произошли два крупных теракта, в результате которых погибло более 30 египетских офицеров и солдат. Президент Египта Абдельфаттах ас-Сиси объявил, что для ликвидации угрозы исламизма и бандитизма на севере Синая будет проведена зачистка региона.

Глава МВД Египта Самих Шади уточнил: для того чтобы пресечь поток контрабанды и террористов между Египтом и сектором Газа, бедуины и палестинцы будут насильственно выселены из приграничной зоны Синая шириной 1,5–3 км в районе города Рафах. Объявление этих мер вызвало бурную волну протестов как со стороны египетских «братьев-мусульман», так и со стороны их палестинских союзников из ХАМАС.

Таким образом, мы видим, что весь «Большой Ближний Восток» в ходе развертывания войны с «Исламским государством» неуклонно дестабилизируется и «накаляется». А сама эта объявленная США «война» изобилует явно неслучайными странностями.

Эти «странности» позволяют с высокой степенью вероятности утверждать, что мы видим вовсе не войну. И что ИГ — это не плод ошибок США, а сконструированный ими гнойник долговременного «вовлечения и подавления» стран региона. И что успех США в «вовлечении и подавлении» на ближневосточном направлении уже очевиден, — поскольку этот гнойник неуклонно расширяется и вряд ли будет ликвидирован в обозримые сроки.

А что происходит на других фронтах вовлечения?

Азиатское направление

Еще в 2011 г. высшие официальные лица США начали говорить о необходимости переноса главных акцентов американской внешней политики в Азиатско-Тихоокеанский регион. Начала эту кампанию тогдашний госсекретарь США Хиллари Клинтон, опубликовавшая в журнале «Форин Полиси» статью с говорящим названием «Тихоокеанский век Америки». С этого момента американская политика «вовлечения» стран региона разворачивается открыто и жестко.

Одним из главных объектов американского «вовлечения» в Азии стала Австралия.

В конце 2011 г. было объявлено о международном соглашении, по которому в Австралии будет дислоцирован крупный американский воинский контингент. В апреле 2012 г. в австралийский город Дарвин прибыли первые 200 американских морских пехотинцев.

В середине 2013 г. появились сообщения о том, что «на одном из австралийских островов будет создана военно-морская и авиационная база США». Далее были даны уточнения, что на Кокосовых островах, к северу от Австралии, разместится база американских беспилотников.

И США, и Австралия при этом официально заверяли, что это резкое усиление военного союза не направлено против Китая. Однако эксперты, в том числе американские, поясняли, что речь идет об американском контроле над нефтеносной зоной Южно-Китайского моря, где за спорные участки шельфа борются Китай, Филиппины, Вьетнам, Малайзия, Бруней и Тайвань. И, что не менее важно, о контроле над зоной Малаккского пролива между Малайским полуостровом и островом Суматра, через который идет основной морской товарный транзит (танкеры, сухогрузы, контейнеровозы) между странами АТР и Европой и Азией. В том числе, основной китайский, японский, корейский импорт нефти, а также основной поток китайского экспорта товаров в Европу и Африку.

Отметим, что Китай является основным торговым партнером Австралии. И потому значительная часть австралийской политической и бизнес-элиты настойчиво оспаривала целесообразность столь прочной (и явно антикитайской) военно-политической связки с Америкой. Однако в сентябре 2013 г. пост премьер-министра Австралии занял глава Либеральной партии Тони Эбботт, который начал решительно поворачивать политику страны в русло максимального союзничества с США.

Весной 2014 г. Австралия присоединилась к американским санкциям против России. В августе 2014 г. госсекретарь США Джон Керри и глава Пентагона Чак Хейгел прибыли в Австралию для переговоров о расширении и углублении военных связей между странами, а также для присутствия на крупнейших совместных военных учениях под названием «Черная дыра».

13 октября Т. Эбботт публично заявил, что на предстоящем 15–16 ноября саммите G20 в Брисбене он собирается «взять Путина за грудки» и потребовать содействовия в расследовании катастрофы малайзийского «Боинга» под Донецком.

21 октября 2014 г. Джон Керри, встретившись с Т. Эбботтом в Джакарте, фактически потребовал исключить возможность вступления Австралии в создаваемый с участием Китая «Азиатский инфраструктурный инвестиционный банк».

А на исходе октября Стивен Хэдли, советник по национальной безопасности президента Джорджа Буша-младшего, в ходе своего визита в Австралию потребовал — причем в откровенно-инструктивном тоне — «провести ясные красные черты» и «заниматься оттеснением Китая», если «президент Си Цзиньпинь создаст антизападную ось с Владимиром Путиным». Хэдли подчеркнул, что от Австралии, несмотря на важность ее торговых связей с Китаем, «потребуется стать частью этой политики оттеснения».

Вторым крупнейшим в АТР объектом американского «вовлечения» стала Япония.

В 2012 г. США активно поддержали возвращение на пост премьер-министра Японии лидера Либеральной партии Синдзо Абэ, который уже в первый срок своего премьерства, в 2006–2007 гг., проявил себя откровенным проамериканским «ястребом». Абэ последовательно выступал за изменение конституции 1947 г., препятствующей наращиванию военной мощи Японии и ее военным действиям за пределами собственной территории. Абэ также призывал к усилению политического и военного сотрудничества с Америкой во всех сферах, включая международные операции и противоракетную оборону.

Повторно вступив на должность премьера, Абэ провозгласил так называемую «политику проактивного пацифизма». Которая — пока за счет измененного толкования старой конституции — привела к принятому в июле 2014 г. решению кабмина Японии допустить использование войск страны в «операциях коллективной защиты». То есть, в военных акциях за пределами своей территории совместно с союзниками, в первую очередь — с США.

При этом в Токио уже открыто говорят о том, что «политика проактивного пацифизма» завершится в 2015 г. пересмотром статьи 9 конституции и «законным» созданием мощных «регулярных вооруженных сил». И что после этого Япония будет «активно участвовать в установлении мира во всем мире».

Военной сферой американское «вовлечение» Японии не ограничивается. Так, 30 октября директор международного департамента ресурсов при министерстве экономики и промышленности Синъити Кихара объявил, что уже в 2016 г. поставки сжиженного природного газа из США обеспечат около 20 % «газовых потребностей» Японии.

Однако к этому обещанному «прянику» (хотя цена этого «пряника» пока не определена и не обсуждается) прилагается и «кнут».

Во-первых, США с самого начала украинского кризиса жестко потребовали от Японии в полной мере присоединиться к антироссийским санкциям и «как можно сильнее изолировать Россию».

Во-вторых, как сообщает японская пресса, США «в приказном тоне» потребовали от Токио отменить визит в Россию главы МИДа Японии, а также отложить давно согласованный на высшему уровне визит в Японию Президента РФ В. Путина.

В-третьих, Америка потребовала от Японии — своего главного партнера по «Азиатскому банку развития» — блокировать попытки Китая наращивать активы и влияние создаваемого под патронажем Пекина альтернативного «Азиатского инфраструктурного инвестиционного банка».

Конечно, кроме Австралии и Японии, США в последнее время «вовлекают» в обеспечение своих интересов в АТР и другие страны — от Филиппин до Вьетнама и от Южной Кореи до Брунея. Однако обсуждение подробностей этого «вовлечения» уведет нас от главной темы.

Почему на острие американской атаки
оказалась именно Россия?

«Вовлечение и подавление» России, видимо, стало стратегической целью США после знаменитой Мюнхенской речи В. Путина. На Международной конференции по безопасности в Мюнхене в феврале 2007 г. Президент РФ впервые предельно жестко и аргументированно обвинил Америку в проведении в отношении России последовательной политики «ограничения безопасности», а также в провоцировании и разжигании множества конфликтов в мире. Именно тогда западная пресса оказалась — впервые после распада СССР — переполнена истерическими воплями насчет «возрождения имперских амбиций Москвы» и возмущением «попыткой второсортной страны влиять на глобальную политику».

Реакцию американского политического истеблишмента на российские обвинения в Мюнхене наиболее нагло и откровенно выразил Макс Бут — один из влиятельных неоконсерваторов, ведущий эксперт американского Совета по международным отношениям и консультант Объединенного комитета начальников штабов ВС США. Бут тогда опубликовал в «Лос-Анджелес Таймс» статью под заголовком «Путин: вошь, которая зарычала». Такого
безобразного заголовка не могла себе представить никакая западная газета в эпоху холодной войны.

Первой масштабной американской попыткой «подавления через вовлечение» в отношении России, видимо, стала война в Грузии летом 2008 г. Похоже, США, которые до этого два года вооружали и обучали грузинскую армию, рассчитывали на эту операцию как на беспроигрышную:


  • если грузинские войска захватывают Южную Осетию и Абхазию, и Россия не сможет этому противостоять, то Грузию можно (ведь территориальная целостность страны восстановлена!) быстро принимать в НАТО. И создавать в Грузии базы НАТО;


  • если Россия вторгается в Грузию и захватывает значительную часть ее территории (этот вариант США, видимо, рассматривали как основной), Россию можно обвинить в «неспровоцированной агрессии против суверенного государства». И — даже без мандата СБ ООН, что США уже делают не первый раз, — создавать международную коалицию и размещать в Грузии натовских «миротворцев». Причем в таком варианте США планировали вовлечение в эту «необъявленную войну» Украины. Где президент Ющенко был вполне готов блокировать для российских кораблей базу Черноморского флота в Севастополе, а также отдать приказ войскам на силовое противостояние с Россией.


Россия сломала оба эти плана. Она защитила Южную Осетию, но не стала захватывать Тбилиси и вывела войска с грузинской территории. Россия сыграла на противоречиях между Ющенко и премьером Украины Тимошенко, а также украинскими генералами, и не дала тогда вовлечь в конфликт Украину. И Россия не допустила появления в Закавказье международных (то есть натовских) «миротворцев».

Зимой 2011–2012 гг. Россия сломала американский план организации в России «оранжевой революции», которую США готовили (через социальные сети, накачку деньгами множества дружественных неправительственных организаций, шантажное вовлечение значительной части российской элиты) с 2010 г.

В связи с этим стоит отметить скандальную публикацию сайтом WikiLeaks секретной телеграммы «MOSCOW 000304», которая сообщает о встрече тогдашнего директора департамента России в Совете национальной безопасности США Майкла Макфола с российскими «правозащитниками» 14 января 2010 года. Макфол обсуждал со своими собеседниками, как США могут повлиять на ситуацию в России, а также методы «депутинизации» страны. Этот же тезис о своем призвании «способствовать депутинизации России» новоназначенный посол США в Москве М. Макфол заявил осенью 2011 г. в интервью американской радиостанции и повторил в январе 2012 г. на встрече с «российскими правозащитниками» в американском посольстве в Москве.

В декабре 2012 г. Россия приняла так называемый «Закон Димы Яковлева», названный в память погибшего в США усыновленного российского ребенка, забытого своим приемным отцом в машине на раскаленном солнце. Этот закон фактически запретил усыновление в США российских детей-сирот и был воспринят Вашингтоном как смертельное оскорбление, поскольку поставил под сомнение «детолюбивое благородство» Америки.

Летом-осенью 2013 г. Россия не допустила принятия санкции Совбеза ООН на международную военную интервенцию против Сирии. А затем фактически остановила развернутую США и их союзниками войну против правительства Башара Асада.

Осенью 2014 г. Россия активно вмешалась в американский план окончательно политически и экономически оторвать от России Украину. Весной-летом 2014 г. Россия сломала планы продолжения «майданного путча», которые предполагали «зачистку» русскоязычного населения Крыма и Донбасса, а затем поддержала референдум в Крыму о присоединении полуострова к России и помогла самопровозглашенным Донецкой и Луганской республикам выстоять в войне, развязанной против этих республик киевской хунтой.

Уже приведенный список событий дает достаточно объяснений того, почему Россия стала главным врагом Америки. Однако этот список неполон.

Видимо, главным «прегрешением» России стало то, что она — единственная в мире — осмелилась противостоять основным инструментам американского концепта «подавления через вовлечение».

То, какие именно стратегические интересы США это поставило под угрозу, мы обсудим в заключительной части статьи.

Источник: газета Суть времени


Subscribe
promo master7009 june 22, 2015 19:00 68
Buy for 10 tokens
Могу предположить, что фильм «Территория» вызвал немалое количество откликов. Тем не менее, в свою очередь, хочу поделиться своими впечатлениями ... Первое, что испытываешь во время просмотра, это ощущение энергии бьющейся и клокочущей необузданной силы природы русской земли,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments